Чужая правда, твоя жизнь

Чужая правда, твоя жизнь

Мне было шестнадцать лет, и то сочинение про поэта В. было лучшим из всего, что я к тому времени написала.

Я училась в выпускном классе. Я знала, кем я хочу быть, когда вырасту: писателем.

Я считала себя поэтом, но поэзия была непостоянной. Зависела от вдохновения. Да, когда вдохновение приходило, я отключалась от мира вокруг, чтобы написать стихотворение. Ну…почти от всего: я не могла отключиться от моего бойфренда. Может, поэтому вдохновение стало приходить ко мне реже? Я не доверяла стихам: какой из меня поэт, если я так завишу от вдохновения? Да и учатся ли на поэтов? Проза казалась более предсказуемой—я надеялась, что про нее что-то можно было понять и как-то ей научиться.

Я жила в провинциальном городе, который чувствовался чужим и враждебным. Он мне жал как слишком тесные туфли. Деревня, где я жила до переезда в город, стала чужой еще раньше: я вернулась туда, заново приезжей и городской, на лето, «погостить у бабушки»—и мои прежние школьные учителя при встрече отводили глаза и «не замечали». Моя бывшая лучшая подруга, которая жила в четырех домах от бабушкиного дома, за все лето заходила в гости два или три раза. А когда приходила к ней я, она встречала на пороге и смущенно, не глядя мне в глаза, говорила, что занята. Даже в собственной семье я чувствовала себя чужой. Как я мечтала о Настоящей жизни, Большой жизни—в которой для меня будет место, которая примет меня как свою.

++++

Моей линией надежды в Настоящую жизнь были заочные подготовительные курсы на факультет журналистики столичного университета, куда я хотела поступать. Это было единственное место—о котором я знала—где, я думала, меня могут «научить писать». Первым заданием на тех курсах было написать два сочинения: одно на заданную тему, второе на свободную.

То сочинение о творчестве поэта В. было лучшим из всего, что я написала. Я писала его, влюбленная в образ поэта, в его стихи. Поэта В. давно не было в живых, и каждая строчка его стихов звенела пророчеством, была точной, как пуля. Я писала то сочинение и чувствовала себя космическим решетом—железкой, прошитой насквозь строчками его стихов.

Я отправила то сочинение как отправляют письмо в бутылке. Как я ждала ответа! Я ждала, что меня, хорошую девочку, похвалят, спасут, выдадут мне билет в «Настоящую жизнь».

++++

Эта давняя история всплыла в памяти, когда я начала работать над заданием из книги Лизы Крон Story Genius. Нужно было написать сцену, когда зародилось ошибочное убеждение моей героини. В рассказе эта сцена будет еще более жестокой—в конце концов, она произойдет не со мной. Но и в жизни это была жестокая сцена. View Post

Follow:

The Will/ The Way

The Will/ The Way

Эта мысль—ответвление другого длинного рассуждения—показалась мне настолько важной, что я все бросила и стала ее записывать. So here you go:

Это размышление для тебя—которой жмет твоя сегодняшняя жизнь, чем-то тебя не устраивает. Чем? Ты ищешь ответов у вселенной: читаешь мотивационные книги, слушаешь подкасты для личного роста, смотришь Тед-токи. Вот если бы у тебя было достаточно силы воли, дисциплины, мотивации! Но ты ленивая, ты поддаешься соблазнам, ты лузер…

А я говорю: не нужна сила воли, дисциплина, мотивация. Все это станет на свои места, если ты (извините меня пожалуйста но что уж здесь) пойдешь вперед хотелкой.

Да, да: нужно всего лишь хотеть. Но нужно хотеть: хотеть все время, хотеть очень сильно. Да, это клише—но проблема с клише в том, что часто это правда, спрятанная на самом видном месте.

Ты скажешь, что ты не способна на такое желание. Я отвечу: вспомни свое самое сильное желание—например, сексуальное желание—вот на какое желание ты способна.

Мы с маэстро Ви любим смотреть «фильмы про животных»—документальные фильмы о природе. Брачный сезон у любого вида животных—это демонстрация вот этой неостановимой хотелки. В природе это часто не на жизнь, а на смерть. Такие страшные сцены брачного танца groupers, пожираемого акулами; или история хамелеонши, чешущей с беременным животом наперевес сотни километров через пустыню, только чтобы быть изнасилованной идиотом-хамеленом…

 

Photo by Cason Asher on Unsplash

Человек в первую очередь животное—у нас всех есть потенциал такого желания.

Мы сознательные животные—мы можем эту силу направлять не только утоление голода и сексуальной жажды.

Всегда знай: ты меняешь мир вокруг себя своим движением. Все начнет выстраиваться и падать на свои места, если ты поплывешь за своей главной хотелкой—своей самой естественной хотелкой. Вот о чем это: follow your bliss. Иди за своей радостью, за тем, чего ты хочешь.

View Post

Follow:

More Optimism

…Понимаешь, основная проблема в том, что я не знаю, что именно я пишу.

Вчера я вдруг ясно увидела, что время, которое я сейчас проживаю, я буду когда-нибудь описывать как «этот роман я писала пять лет». Вот все это: этот горшок, в котором варится моя каша и который я с собой всегда ношу и добавляю перемешиваю выжидаю пробую—это оказывается оно и есть «писала пять лет». Хотя «пять» звучит сейчас слишком оптимистично, и когда я буду точно знать, что я пишу именно «роман», я напьюсь.

Что происходит?

А происходит один из самых странных, счастливых и confusing периодов в моей жизни. Сама жизнь начала, что говорится, налаживаться. Я более спокойно чувствую себя на работе, я научилась получать удовольствие почти от всего. Научилась: создавать время, быть дисциплинированной, жить в моменте. Получать удовольствие от любого общения, садиться за стол без разговоров.

Но оказывается, этого мало.

Теперь происходит работа внутренняя, направленная на принятие себя, «настройку» себя сейчас написать то, что я пишу, так, как я хочу это написать.

Наверное, вот это (выделение случайно подсказанно Ворд-прессом, поэтому пусть так и остается): 

Необходимость быть абсолютно самостоятельной. Научиться принимать творческие решения, воплощать их до конца. Никто, кроме тебя этого не сделает.

Итак, вопросы, на которые нужно ответить так, чтобы этими ответами жить:

  • Принятие себя
  • Быть аутентичной. Думать про Достоевского: какой нужно быть, чтобы писать так напрямую.

Мы иногда считаем некоторых художников dicks—приходят на ум Пикассо, или Дали, или вот смотрели мы фильм про скульптора Шукальского, который прямо заявлял: Я величайший художник на земле. Но когда ты столкнешься один на один с чистым листом (холстом, куском глины) и примешь решение и доведешь его до конца… То, что ты можешь это сделать, заставляет тебя чувствовать супер человеком: потому что вокруг тебя только единицы способны на такую уверенность в себе.

kiss on the wall

Да, про принятие себя: Я читаю книги про самооценку и принятие себя. Я много об этом думаю. Когда я смотрю на то, что есть с практической точки зрения, я вижу:

  • Что очень большого усилия стоит не просто говорить про принятие себя, а жить принимая себя. Когда я начинаю работать, я одновременно прыгаю от радости—«смотри, что я нашла!» и бью себя же по рукам: «брось гадость!» Я буквально вижу своего цензора, который кричит мне: Нет, нет, нет—это плохо, это ерунда, это не та идея. Принять себя настолько, что принять полностью свое любопытство и свое право на воплощение своих идей—вот как звучит сейчас практическая задача. Из неприятного: Отвратительно чувствовать себя собакой Павлова, когда ты понимаешь, что живешь на рефлексах самосохранения, который вбили в тебя в средней школе.
  • Это цензор, который всегда бьет по рукам и осуждает: возможно выход именно здесь. Сказать ему: Ну давай тогда, предлагай свои идеи. Посмотрим, как выпутается.

++++
Самое странное, самое удивительное: Я пишу уже много лет одно и то же. Хожу кругами. Те же рассказы, или главы чего-то. Я написала наверное страниц 600 если не больше в прошлом году: я боюсь их перечитывать, но я знаю, что там я ходила кругами вокруг одних и тех же тем. Может, смотреть на это как свой секретный сад—деревья уже посажены, но нужно время, чтобы вызрели плоды. Или тот же образ про повара, который бедняга один готовит обед для званого ужина—возможно, он пока что преппит уксус и начинает размачивать в коньяке цукаты для пирога.


Трудно признаваться: я ношу в себе—возможно в том же горшке, где варится моя каша—столько стыда, связанного именно с этим—что пишу одно и то же, что не могу никак закончить.

++++
More optimism. Эта последняя часть, должна была быть написана «случайно». Я тыркнула пальцем в журнал Tin House и получила «больше оптимизма».

А вот честно, чем не повод для оптимизма.

Посмотреть на себя пять лет назад.

Посмотреть на себя сейчас.

Я думала, что если я научусь быть дисциплинированной и не долбиться в прямом смысле лбом об пол—а садиться и начинать клацать по клавиатуре—дальше дело техники.

А вот и не только техники, черт побери.

Но с другой стороны, какая-то часть пути уже пройдена, чего уж теперь, назад что ли поворачивать? И каждый день—а ведь это ужасно интересно—ставит новые задачи: а через это сможешь пройти? А через это?

Все равно все сводится к сесть и работать. Надеяться, что количество перейдет в качество. Жрать свой shit sandwich с улыбкой и еще большим оптимизмом, потому что сама его выбрала.

Follow: