Я хотел описать тебе свой день, и вот что вышло

Текст: anin.cukier / Картинки: nina.kink

Привет. Я хотел описать тебе свой день, и вот что вышло. Мой день смотрел на меня с укором своим большим странным глазом. О чем он думал? О том, как в моих руках все рассыпается на кусочки и я сажусь за стол и грущу?

Всё постепенно теряло смысл и превращалось в глупую загадку, на разгадывание которой у меня не было ни времени ни сил. Я делал все по инерции: готовил макароны, вытирал тарелки на кухне клетчатым полотенцем и смахивал пыль с подоконника, потому что мысли-штришки, роившиеся в моей голове, продолжали подталкивать меня вперед, но их энергии и осмысленности не хватало для того, чтобы мои действия обретали значение. Я старался быть правильным и полезным, но больше всего мне хотелось сесть на пол и заплакать. Мне хотелось, чтобы кто-нибудь уложил меня в постель и целые выходные готовил мне завтрак, обед и ужин и накрывал меня большим и желтым словочувственным одеялом. Мне хотелось, чтобы кто-то звал меня на кухню, хотя я не голоден. Мне хотелось смотреть на мир через маленькие дырочки в синей цветной бумаге.

О чем думал мой день, не сводя с меня своего прищуренного глаза? О птичках-мандаринках? О большой фломастеровой гусенице? О цепочке горошин или о буквах О перечеркнутых сплошной черной линией? О круглых окошках самолета, по которым кто-то провел черту перманентным маркером? О чем?

Я не знаю. От плача у меня болела голова, и боль была перепутанной, фиолетовой, обидной.

Время тянулось медленно и бесполезно. Короткая стрелка едва-едва перешагивала цифру три, а мой глупый день смотрел на меня не отрывая глаз и что-то говорил. Но я не мог ничего разобрать, потому что был слишком занят поиском ответа на свои вопросы. Я пытался придумать, как быть полезным, если все валится из рук и превращается в закорючки. 

Но как продолжать отправлять лодки в нужном мне направлении, если ветер сегодня дует в другую сторону?

А потом я купил апельсиновый сок и посмотрел в окно.

А потом я вырезал из бумаги белый квадратик и забрался под одеяло.

А потом я погладил выдуманную кошку и улыбнулся.

И я понял, что бормотал мой день. Он говорил мне: всё получится всё получится 

всё получится.

Как-то так.


Ты просила писать тебе, и я пишу

a collage image: rainbow background, shape of a hand

Привет. Ты просила писать тебе, и я пишу. Никто не хочет задавать мне вопросы, на которые я бы хотел отвечать. Но это не новость. Переходя к новостям и коротко о главном, моя соседка сдает экзамены и учит названия птиц, а я выписываю в блокнот все слова на букву р и размышляю о том, почему иногда так сложно перестать фокусироваться на серых красках.

В последнее время мне кажется, что от меня ускользает что-то очень важное.

Например, почему мои простые рисунки получаются такими красивыми, но мне так стыдно в этом признаться? Почему обязательно говорить, только когда знаешь, что именно хочешь сказать? Почему я не разрешаю себе долго лежать в ванной или читать детективы, если это доставляет мне такое удовольствие?

Я вдруг подумал, что может быть тебе тоже начинает казаться, что ты что-то упускаешь, что жизнь проходит мимо тебя, что всё не так, как ты себе представляла или как представлял это кто-то другой. Поэтому вместе с письмом я вкладываю в конверт всё, что успели нарисовать мои карандаши и ручки за время моей последней поездки к морю. 

Мне кажется, в этом есть какой-то смысл.

Мне кажется, во всем есть какой-то смысл.


Черно-белые фильмы

Сегодня весь день шел дождь. Я побоялся, что простужусь, а потом пролежу неделю с больным горлом и пропущу что-нибудь ужасно важное. Поэтому я оставил себя дома и достал коллекцию цветных бусинок и стекляшек. Через красный осколок от бутылки клубничного лимонада дождь кричал и размахивал руками. Через оранжевое стеклышко, которое я нашел однажды по дороге в театр, дождь пах высушенной кожурой апельсина. Глядя через голубую полупрозрачную пуговицу, я представлял себе дирижабли, рассекающие плотные, пыльного цвета тучи.

Так я сидел на подоконнике и вспоминал всё, что когда-то любил. Мне казалось, что это было очень давно: еще до того, как я стал взрослым, и сказал себе, что теперь нужно всегда думать о будущем.

Потом дождь прекратился, и я устал. На дне коробки остался только большой серый осколок витражного стекла. Я покрутил его в пальцах, приложил к глазу и долго-долго наблюдал за тем, как на светлом после дождя небе опускается за горизонт большая, теплая рыба-солнце. Как будто кто-то включил проектор и на пустой стене показывал старые черно-белые фильмы.

Follow:
Share:

Юность

by anin.cukier

Юность всегда красная. Это кровь на танцполе, розы с шипами, алые маки, этикетки кока-колы и губная помада. Это отвага, неповиновение и отсутствие компромиссов. Кто, если не мы? Когда, если не сейчас? Да, юность – это здесь и сейчас.

Юность – это раздвинутые рамки и разрушенные границы. Мы устали быть ненастоящими, и поэтому изнутри пробиваем клювами свою скорлупу, и вот наше стеклянное небо трещит по швам.

Юность всегда желтая. Это голосовые сообщения и разговоры по видеосвязи 24/7, газированный лимонад в стеклянной бутылке, сверкающие в свете фар полоски фликеров и квадраты солнца на школьных партах. Это вызов и вечный взрыв.

Юность всегда зеленая. Это мигающий сигнал светофора, ликер со вкусом мохито и мятный orbit. Это бесконечные летние каникулы, поцарапанные коленки, когда падаешь с велосипеда, и музыка в наушниках. 

Мы путаемся на вокзалах, отчаянно пытаясь найти себя, покупаем билеты в один конец и садимся на электричку, где через запыленные и исцарапанные окна видишь нескончаемый лес и провода. И всё же мы  всегда возвращаемся домой, туда, где было детство: манная каша с комочками, молочная пенка, московские прятки, догонялки; где море всегда волновалось трижды и где можно было остановить всё вокруг себя, произнеся “стоп-игра”.

Но буквы в моем супе не складываются в слова, и я сама – рыба в чужой тарелке, стеклянными глазами гляжу на чужого мне человека, который вилкой разделывает меня, доставая пальцами мои кости.

Да, буквы в моем супе не складываются в слова, но я не могу позволить себе молчать, потому что это моя юность, и поэтому я достаю клей, ножницы и бумагу и старательно вырезаю все, что мне нужно сказать, и приклеиваю к кричащей бумаге, оглушающей меня своим цветом.

Вот он я, смелый, молодой и бессмертный, потому что это юность и нельзя иначе. И вот он я, ищу новые формы и новые рифмы и все новое, удивительное, саблезубое, отважное, резкое. Что со мной не так? Всё в порядке. Это юность это юность это юность.

Автор текста и коллажей anin.cukier. 

 

Follow:
Share:

Одна девочка и Бытовая История

 

Household Story 1

Одна девочка смотрит на скатерть—узкую скатерть-дорожку на кофейном столике в своей гостиной. Эту скатерть—черную, с огромным «цветиком-семицветиком», разрезанным по центру—девочка сама сшила пару недель назад из плотной икеевской ткани. По одному из лепестков, лимонно-желтому, расползается кофейное пятно. Девочка любит эту скатерть, которая, считает девочка, оживляет ее уставшую гостиную с плетенными корзинами книг по периметру и просевшим диваном, покрытым чернильными пятнами, цветными молескинами и альбомами для рисования, карандашами и клочками бумаги. Никак у этой скатерти не получается провести на столе дольше получаса: на ней сразу появляются пятна. Сейчас это кофе, а в первый раз это был шоколад, а потом какая-то бобовая паста… View Post

Follow:
Share: